Разделы







Ленивая смерть
Страница 5

Большим достижением является возможность культивировать палочки лепры в лабораторных условиях в клетках человеческой ткани. Благодаря этому удалось создать диагностический препарат лепромин. Внутрикожная лепроминовая проба, или, как ее называют, реакция Мицуды, позволяет судить об иммунобиологической устойчивости организма по отношению к возбудителю. С ее помощью можно выявить среди здоровых людей тех, кто наиболее подвержен риску заражения — у них реакция бывает отрицательной. Интересно, что лица, перенесшие первичный туберкулезный комплекс, менее восприимчивы к лепре. Это натолкнуло на мысль о том, что естественный иммунитет к проказе можно усилить введением вакцины БЦЖ. У тех, кто болен проказой, с помощью лепроминовой пробы можно определить форму заболевания и прогнозировать результаты лечения.

По современной классификации выделяют два крайних типа течения болезни — туберкулоидный и лепроматозный. Между ними имеется три промежуточные группы. Лепроматозный тип наиболее опасен для окружающих, так как сопровождается изъязвлением очагов поражения (лепром). При этом возбудитель выделяется во внешнюю среду, и опасность заражения резко увеличивается. Следует отметить, что лепра относится к числу инфекционных болезней, при которых степень передачи возбудителя значительно выше, чем уровень заболеваемости. Это означает, что человек без каких-либо признаков поражения может быть носителем лепрозных микобактерий и, следовательно, являться источником заражения. Это обстоятельство и вводило в заблуждение противников контактной теории заражения лепрой. Современные исследования позволяют предположить, что развитие клинической формы заболевания и скорость его течения зависят от состояния иммунологической защитной системы организма. Естественно, что нищета и антисанитарные условия жизни являются дополнительным фактором, непосредственно способствующим передаче возбудителя и переходу от «носительства» к явному заболеванию.

Немудрено, что в царской России заболевания проказой не были редкостью. О том, насколько бедственным было положение прокаженных, достаточно красноречиво свидетельствуют следующие факты. В 1827 году местный врач возбудил вопрос о необходимости открытия лепрозория в Якутской губернии, где проказа была распространена среди местного населения. 64 года длилась переписка по этому вопросу между якутским губернатором, иркутским генерал-губернатором и Министерством внутренних дел.

Спустя 70 лет этнограф П. Е. Кулаков, исследовавший быт инородцев, описал ужасную участь бурят, имевших несчастье заразиться проказой. Отверженные всеми, они поселялись в уединенном месте, покидать которое не имели права под страхом смерти. Иногда родственники привозили им кое-какую пищу, оставляя ее недалеко от жилища, а нередко больные были обречены на голодное существование. «Я видел смерть, самоубийство, у меня на руках умирали близкие люди, — все это тяжело и страшно. Но живой мертвец, человек, лишенный ласки, приветливого слова, часто даже пищи и тепла, и лишенный именно с тех пор, когда он наиболее нуждается в человеческом участии, — это хуже и ужаснее всякой смерти и всякого страдания», — писал Кулаков.

Не только на окраинах империи, но и в центральных районах России больные нередко были лишены медицинской помощи. «Пока государство так или иначе не придет на помощь частным обществам в борьбе с проказой, надеяться на уменьшение проказы в России не приходится», — писал заведующий основанным на средства благотворительности лепрозорием доктор В. И. Андрусон. В брошюре, подробно освещающей все стороны жизни членов колонии, расположенной в Ямбургском уезде Санкт-Петербургской губернии, он приводит любопытные цифры. Годичное содержание одного больного в этом лепрозории обходилось приблизительно в 330 рублей. Взимаемая с вновь поступающих больных плата в размере 300 рублей казалась многим земским управам непомерно высокой, и поэтому земства нередко отказывались помещать больного в колонию до тех пор, пока он не начинал разлагаться заживо, успевая заразить окружающих. С ужасающим обликом одного из таких несчастных мы встречаемся в рассказе И. С. Бунина «Я все молчу» (1913). Среди нищих, собирающих подаяние в церковной ограде, был «мужик с большим белым лицом, весь изломанный, исковерканный, совсем без зада, в одном прелом лапте… Сиденье подшито куском кожи — и вот весь он искривился, заерзал, и поехал, поехал себе по грязи, выкидывая вперед необутую ногу, до половины голую, в известковых струпах, сочащихся гноем и залепленных кусками лопуха».

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8

Смотрите также

Бюджетная система
Экономические и политические реформы, проводимые в России с начала девяностых годов, также не могли не затронуть сферу государственных финансов, и, в первую очередь, бюджетную систему. Государственн ...

Лечебные свойства алоэ
Алоэ известно всем и встретить его можно практически в каждом доме. Родиной этого вечнозеленого растения считается Африка. В настоящее время в мире существует более 300 разновидностей алоэ. Любой ...

Безопасность функционирования технологической системы
Безопасность функционирования технологической системы определяется не только состоянием самой системы, но и правильной работой всего персонала, обслуживающего систему. Главным виновником несчастных ...